Почему шестнадцатилетний Августин украл у соседей кислые груши, которые ему были совсем не нужны? И почему через тридцать лет епископ Гиппонский так подробно разбирает этот эпизод в «Исповеди»? В этом выпуске сезона о благе и добродетели мы читаем вторую книгу «Исповеди». История с грушами оказывается спором с манихеями: зло не тёмная субстанция, а лишённость блага, и совершает его воля самого человека. Говорим о «порядке любви» и о метафорах текучести («я утёк от тебя»). Обсуждаем, можно ли любить то, чего нет, и зачем Августину понадобился Катилина. Разбираемся с «консорциумом» юных грешников и «вражеской дружбой», с увечной свободой и тёмным подобием всемогущества. Отличаем liberum arbitrium от libertas и ищем, где проходит граница между волей и благодатью. Сравниваем Августина с Катей Фогт, Мартой Нуссбаум и Жан-Люком Марионом. И вспоминаем соседскую иргу. 00:00 — Вступление 00:49 — Кража груш: контекст и «Исповедь» как первый автофикшн 01:39 — Полемика с манихеями: зло как лишённость блага 05:18 — Зачем вспоминать грехи? Порядок любви и метафоры текучести 10:36 — Кому адресована «Исповедь» 13:03 — «Я любил свой defectus»: кража как ничто, Катилина и кислые груши 18:40 — Guise of the good: видел ли Августин в краже благо? 26:29 — Августин, Фома Аквинский и Катя Фогт 32:36 — Ошибка суждения или повреждённая воля? Столяров и Нуссбаум о благодати и надежде 39:13 — Увечная свобода: liberum arbitrium и libertas 45:52 — «Зло моё, добро не моё»: воля и благодать 51:41 — Консорциум и «вражеская дружба» 57:45 — Финал второй книги: nolo и volo 1:02:02 — Жан-Люк Марион и прощание