🇮🇹 «Новая старая» оборонная политика Италии — в статье Елены Масловой @italo_mania:

• Ежегодно министерство обороны Италии выпускает программный документ, содержащий руководящие принципы обороны с трёхлетним горизонтом планирования. В конце октября был опубликован последний подобный документ на 2023–2025 годы за подписью министра обороны Крозетто.

• В целом текст продолжает логику итальянских стратегических документов в сфере внешней политики и обороны. Однако он не лишен «новых старых» элементов, переосмысленных итальянским кабмином реактивно вслед за изменениями геополитического контекста.

• В документе акцентируется первичная задача вооружённых сил — обеспечение безопасности государства, гарантирование его территориальной целостности и суверенитета. Другими словами, вооружённые силы должны стать главным инструментарием для обеспечения национальной безопасности и сдерживания угроз, ставящих под сомнение национальные интересы Италии.

• Ключевыми тенденциями запускаемой оборонной реформы являются: (1) концентрация вооружённых сил на национальной территории, а не наоборот; (2) увеличение, а не сокращение общей численности личного состава ВС; (3) незначительное увеличение военных расходов.

• С географической точки зрения основной источник вызовов и угроз для Италии исходит с Востока (Балканы, Украина) и региона Большого Средиземноморья. Если раньше в аналогичных прошлогодних документах говорилось, что на «восточном» направлении Италия придерживается гибкого подхода (“approccio a doppio binario”), который выражается в приверженности атлантическому партнёрству в сочетании с готовностью идти на диалог, прежде всего с Россией, то сейчас такой подход устарел.

• Схематически министерство обороны Италии представляет систему вызова и ответа для безопасности страны как треугольник, сторонами которого являются три направления: (1) Восток; (2) Юг (Средиземноморье); (3) Запад.

• К новым характеристикам международной системы итальянское правительство относит непреходящую международную напряжённость, говоря о «континуальной конкуренции», где классическая модель «мир — кризис — конфликт» эволюционировала в модель «конкуренция — кризис — конфликт».

Читать статью для @russiancouncil