🇬🇪 О грузино-украинских отношениях и политике Тбилиси в отношении Москвы рассуждает Сергей Маркедонов:

• Грузию и Украину долгие годы рассматривали в связке. Грузинский политический класс после обретения независимости рассматривал Украину как кандидата на роль нового «старшего брата». Отсюда и возникавшие дискуссии о размещении украинских миротворцев в зоне грузино-абхазского конфликта, и попытки придать импульс различным интеграционным проектам без российского участия (ГУАМ).

• От Виктора Януковича ожидали поворота в сторону Кремля, но заняв пост главы государства, он заявил о поддержке грузинской территориальной целостности — об этом же говорили и ключевые министры его команды. На кавказском направлении Янукович, ставший для постмайданной украинской власти символом едва ли не национальной измены, действовал в том же ключе, что и его предшественники.

• Победа «евромайдана» и сил, ориентированных на продвижение к членству в ЕС и НАТО, переход Крыма под российскую юрисдикцию и конфликт в Донбассе должны были бы ещё больше сблизить Киев и Тбилиси, но на деле отношения стали более натянутыми. Виной тому — Михаил Саакашвили. На родине против Саакашвили выдвинули обвинения в превышении служебных полномочий и растрате бюджетных средств, после чего тот перебрался на Украину и начал строить успешную политическую карьеру там.

• Если для команды Зеленского Саакашвили был примером успешного реформатора, последовательного западника и визионера, полезного для стратегического развития Украины, то для «Грузинской мечты» он был преступник, пытавшийся всеми средствами спровоцировать гражданское противостояние внутри Грузии.

• Главное желание «Грузинской мечты» сегодня — недопущение реванша «мишистов» под лозунгами солидарности с «братской Украиной» и предотвращение втягивания Грузии в конфликт с Россией. В Тбилиси понимают, что итоги второй «пятидневной войны» могут быть пересмотрены не лучшим для Грузии образом. И это прагматичный курс, а не пророссийские сентименты.

Подробнее в «Профиле».