🗣 Публикуем тезисы II научно-практической конференции памяти Юрия Воротникова «Тренды политических технологий» (секция «Лучшие политические кампании 2023 года за рубежом»). Часть 1

Андрей Сушенцов @asushentsov:

• Международное положение становится всё более напряжённым. Нельзя сказать, что это отход от некой исторической нормы, медианы международной жизни. Мы несколько избалованы относительной стабильностью и предсказуемостью, в которой находились последнюю четверть века, а страны Северной Америки и европейского континента — больше 30 лет.

• Ощущение относительной безопасности и предсказуемости процессов, постоянного роста не было равномерно распределено во всех регионах мира. На Ближнем Востоке, в Латинской Америке или в странах Юго-Восточной Азии этот период не ощущался как время беспрецедентных возможностей или конца истории.

• Мир находится в переходной фазе между акцентированной однополярностью и формирующейся многополярностью. В новом мире много действующих лиц — их будет не меньше 8-12 в зависимости от того, как считать параметры национальной мощи. Это относительно автономные друг от друга, сопоставимые по мощи и влиянию государства, способные оказывать доминирующее влияние на пояс своих границ.

• Даже если они не оспаривают глобальное доминирование США, то, как они ведут самостоятельную линию в поясе своих границ, определяет то, что будет там происходить — это часто оказывает сдерживающее, ограничивающее влияние на американское поведение. Помимо России в мире есть центры военно-политической инициативы, которые отвлекают внимание американцев и Запада в целом на себя (Турция, Иран, Саудовская Аравия, Китай, Индия и другие).

Егор Сергеев:

• Основные черты партийно-политической системы стран Бенилюкса: (1) дробность и «прогрессивность»; (2) либеральный ренессанс — возвращение в большую политику либеральных партий.

• Общества встречаются с рядом кризисных тенденций, а именно кризис традиционных (для стран Бенилюкса) институтов (система здравоохранения; жилищный рынок; проблема лиц, ищущих убежище), кризис доверия и выхолащивание политического спектра. Это кризисы развитых, «сытых» обществ, однако они воспринимаются населением достаточно остро, потому что не считались в принципе возможными.

• Если проанализировать программы основных партий, можно увидеть достаточно рафинированное, во многом «беззубое» содержание с разными «заходами» на электорат: «Новый социальный контракт» — «заход» на электорат через кризис всей институциональной структуры; «Народная партия за свободу и демократию» — через кризис глобальной безопасности; «Зелёные левые / Партия труда» — через климатический кризис; «Партия свободы» — через миграционный кризис.

Артём Соколов @GeRussia:

• По итогам земельных выборов в 2023 году в Баварии сохранилась правящая коалиция, при этом произошла смена коалиций в Гессене и Берлине — их формируют народные партии ХДС И СДПГ. Это позволяет многим экспертам говорить о потенциальной применимости подобной модели на общегерманском уровне.

• «Альтернатива для Германии» выходит за рамки восточногерманской специфики. АдГ имеет высокий уровень поддержки и на западе ФРГ, что убедительно показали кампании в Баварии и Гессене. Характер политической культуры в Германии становится переменчивым — что раньше казалось невозможным, теперь реализуется на практике.

• Ещё более важными станут кампании 2024 года, когда пройдут выборы в восточных федеральных землях — в ландтаги Тюрингии, Саксонии и Бранденбурга. Там станет понятно, сможет ли АдГ закрепиться на земельном уровне, а также какие последствия будут у этого.

Запись конференции доступна по ссылке.