мой мир всегда абсолютный. такой, какой есть. не всегда честный, не всегда благоразумный, не всегда объективный, но всегда абсолютный, без прикрас, ужимок и блестящей мишуры сверху. я не умею его выворачивать и выкручивать (наизнанку обычно только я) – поэтому, если с кем-то этим миром я делюсь, то, ни дать ни взять, реальным. в котором я тоже такая, какая есть. в котором я где-то неправа, где-то пристрастна, где-то поспешна, где-то чересчур, а где-то недостаточно. просто в этом абсолютном мире я всегда пытаюсь быть справедливой. даже если неприятно, обидно, бесчестно, да и вообще больно, в моем мире я беззаветно ищу те меры весов, где будет справедливо.

не потому, что я хорошая, нет, совсем не поэтому. а потому, что я точно знаю, тот абсолютный мир, который я зову своим, всегда приходит в равновесие.

слезы отдаются слезами, боль возвращается болью. на фундаменте чужого страдания невозможно взрастить настоящую радость. счастье не рождается в чужих муках.

и мне всегда интересно – каким миром делятся те, кто его извращает? что говорят своим друзьям-подружкам те, кто идет против и наперекор? что рассказывают и на что жалуются те, кто делают то, что переходит грань? как они объясняют происходящее? и вспоминают ли о том, что все всегда приходит в равновесие однажды?